Парамедик с десятилетним стажем чувствовал, что больше не может. Каждый день — это новые крики, кровь и чужая боль, которая постепенно стала его собственной. Он подал заявление об уходе, но по правилам ему нужно было отработать ещё одни сутки — последнюю смену. За двадцать четыре часа он должен был познакомить нового сотрудника со всеми тонкостями работы: показать, как правильно укладывать носилки в машину, где лежат редкие медикаменты, как успокоить истеричного родственника.
Новичок, молодой парень с горящими глазами, то и дело задавал вопросы. Ветеран отвечал сдержанно, иногда односложно. Он уже не чувствовал того азарта, который читался в взгляде стажёра. За время смены они успели выехать на три вызова: сломанная нога у пенсионерки, гипертонический криз у мужчины средних лет и ДТП с участием подростка на мопеде. При каждом вызове опытный парамедик механически выполнял необходимые действия, попутно объясняя новичку детали. Его голос звучал ровно, без эмоций.
К утру усталость накрыла с головой. Руки сами помнили каждое движение, но душа уже молчала. Передавая смену, он вдруг осознал, что больше никогда не сядет в кабину этой машины, не услышит вой сирены над городом. Пожал руку напарнику, кивнул диспетчеру и вышел на улицу. Рассвет только занимался, воздух был свеж и прохладен. Он сделал глубокий вдох и медленно пошёл прочь, не оглядываясь.
